Думается, что раньше музыка была уделом избранного меньшинства. Хоть и скоморошьего роду-племени. Исполнять было трудно, сочинять было сложно, инструментом обзавестись — и того сложнее. (Вот кажется, что Звук все же первичен, да? Музыкальный инструмент создавали для того, чтобы повторить то самое оригинальное, звучащее, удивительное. Но и инструмент сам теперь является источником звука, и, главное, источником гармонии). Так вот, далее.

И меньшинство это, музыканты со всеми атрибутами, колесили по дорогам в поисках публики. И публика не чуралась поисков этих умельцев. Но, как это было? Пришли в селение, помузицировали, удивили, впечатлили и помахав шляпами, собрав грязные монеты, исчезли в дорожной пыли. А народ оставался до следующего раза в серой скучности бытия. Грустно.

Но, кое кто, из публики, а в основном юные создания, явно или не явно, но перенимали, как ощущение услышанной музыки, ее пленительное свойство, так и частичку мастерства пришлых менестрелей, и, конечно, стереотипы «правильного» звучания. Я бы сказал — каноны, даже. Как должно это все быть. Кое кто, испробовав старые приемы игры и прочее, пытался привнести свое понимание того, как будет лучше. Чтобы усилить эмоциональный эффект от музыкального исполнения, расширить диапазон впечатлений и переживаний, наконец, просто от переизбытка воспаленного воображения, и, наконец, из понятного тщеславия и финансовых соображений.

Каноны стали развиваться, множиться, скрещиваться, умирать и рождаться вновь. Появились не только стереотипы, но и правила. Не только критики, но и сторонники. Не только хулители, но и фанатики. Музыка, безусловно, такой же инструмент воздействия на сознание человека, как и религия. Она приходит и совершает действо в нужное время, в нужный момент жизни человека. И оттого, вполне понятен ее мистический имидж.

Но стереотипы не стоят на месте. Да и народ быстро и размножается, и учится. И композиторов добавилось, а уж слушателей — тем более. Появилась нотная запись, потом звукозапись. (Во, как я скакнул в тексте и во времени!..) И к чему же я это путаное, и длинное вступление затеял?

А вот к чему. Появился однажды кодек MP3. Очень хорошо! Вопрос «последней мили», как и проблема ассортимента, для пользователей решились. Много всего, много кого – наслаждайся, впитывай. Рай для меломана! Но, многие слушатели, по заведенной веками схеме, превращаются со временем в исполнителей. Помните фразу про восприимчивых юных созданий? Так вот, продолжу.

Наслушавшись отвратительного качества МП3 (или пусть будет .mp3), кое кто начал подозревать, что вот именно так — плоско и сухо, сжато и кондово, и должна звучать настоящая музыка. И в своих творческих или инженерных изысках, сознательно или бессознательно, но стал стремиться к созданию вот такого, подобного, саунда.

Сработал эффект цепной реакции. Была беда с перекомпрессией, с диким динамическим диапазоном (если сравнивать со старыми, но, безусловно грамотными и комфортными аудиоматериалами, скажем на CD), а вот теперь еще наслоилась и проблема культуры звука. Из-за MP3 и дилетантов в индустрии. Что же нас ждет дальше?..